can you mix phenergan and zofran how soon after taking phenergan can i take zofran does unisom cause restless leg syndrome effects of taking unisom every night provigil at gnc vitamin b6 and unisom for nausea

Невинная карта

Опять от меня сбежала последняя электричка, и я по Артёма, и я по Артёма иду домой по привычке. На «Лукьяновской» я оказался в 0:11 — в то самое время, когда внизу в сторону моей «Кловской» отъехал последний поезд.

В кармане — сто ничего не значащих ночью долларов и двадцать девять гривен, которые значат только одно: или массандровский мускатель, или два литра загадочного евпаторийского каберне, или проезд с Лукьяновки до Клова с таксистом, для которого главное не деньги, а чтобы человек был хороший. Но таких и днём с огнём не сыщешь, что уж тут говорить о ночи.

Реализованная в Киеве давнишняя мечта всюду ходить пешком отметает расточительный вариант потратить двадцать девять гривен на такси. Я же ведь прощаюсь с городом, с центральной его частью, и хуярю пешком по Артёма (ох и красивая улица, Сань, нужно будет по ней хоть чучелом, хоть тушкой прогуляться!), порываясь зайти к ответсеку „Ъ“ Глаше Топоровой, по Рейтерской, по Золотоворотской, по Владимирской мимо говнохолдинга, по Хмельницкого, по которой столько ботинок было стоптано на работу и с работы, по Крещатику, по которому все идут на дело и с дела, по Бассейной мимо подворотен, в которых с таким жаром целуются, мимо «Сушии», из которой выходит последняя пара, мимо «Паруса»… Стоп.

Поравнявшись с «Парусом», рядом со мной, на левой стороне улицы, ебя все не соблюдаемые ночью в Киеве правила дорожного движения, останавливается принц на белом джипе. Автомобиль подъезжает ко мне с заранее распахнутой водительской дверью.

Водителю всё равно на мои отмашки, что меня не надо никуда подвозить, и мне даже приходится подойти ближе, чтобы докричаться до него, что я люблю ходить пешком. Тут одновременно с предложением «Ну тогда хотя бы возьми деньги», из окна высовываются пятьдесят гривен, а я начинаю напоминать себе приличную барышню из анекдота, которая сначала кокетничает, что не продастся ни за какие деньги, а потом удивляется, почему ей предлагают всего лишь миллион.

У меня в кармане двадцать девять гривен. Пешком топать ещё минут десять точно, а то и все пятнадцать. Я устал. Денег хватит то ли на мускатель, то ли на каберне. Надо доехать наверх и не отказывать себе ни в мускателе, ни в каберне. Ну, это в идеале.

И я стою в винном отделе универсама, дойдя пешком до магазина, между каберне и мускателем, и бросаю монетку, потому что хуй его знает, мускатель или каберне, потому что и то и другое такое вкусное, а на закуску-то денег всё равно нет ни подо что. Выпадает каберне. И тут я понимаю, как приличной девушке тяжело не стать тёлочкой в нашем несправедливом мире. И не мне винить тёлочку, которая получилась из девушки.