«Ньюс медиа-Рус»: итоги месяца, часть 2

03.11.2009 | Рубрика: Дневник

Арам Габрелянов

В редакции все обращаются к нему на «вы» и по имени и отчеству. Он ко всем обращается на «ты» и по именам. Между собой его зовут Шеф. Он — один из самых успешных медиа-менеджеров, он гений журналистики, он управляет командой, которая делает лучший таблоид в России. Его зовут Арам Габрелянов.

Габрелянов не ругается матом, он на нём разговаривает. В его речи слишком много мата, когда надо усовестить или мобилизировать тормозящего сотрудника, но я не чувствую, что он перебарщивает: эти слова не только не режут мне слух, но наоборот, подпитывают энергией, потому что, как это ни странно, остальные люди в редакции матом не ругаются, а совсем без мата в журналистском коллективе всё будет у всех валиться из рук. Так что можно сказать, что Арам Ашотович старается за всех.

Арам Габрелянов — армянин, родившийся в Дагестане. Думаю, что именно из-за этого наша редакция так многонациональна. Ни в одном издательском домике я не встречал такого количества армян, азербайджанцев, татар, абхазов и прочих ингушей на один квадратный метр. И скорее всего именно из-за своего происхождения Арам Ашотович может себе позволить шутки, за которые русскому уже давно либо дали в табло, либо просто перестали с ним разговаривать, насмерть на него обидевшись. На Габрелянова никто не обижается, потому что у него это получается смешно и необидно, несмотря на громкий голос, грубый тон и постоянный мат, от которого я млею.

В огромном ньюзруме его слышно отовсюду. Он почти всегда недоволен работой подчинённых, он ебёт их и в хвост и в гриву. «Ну что же это такое-то, а, блядь, ёбаный свет!» — его любимое восклицание, а то, что они «совсем уже тут, блядь, охуели, пидарасы», сотрудники выучили наизусть. Наверное, Габрелянов — идеалист, потому что только идеалист может требовать от репортёров ещё и ещё, когда они и так делают по оперативности любое информагентство. Единственную одобрительную реплику я слышал вчера вечером, когда на сайт Life News стала поступать информация об убийстве Шабтая Калмановича: «О, ну вот, пошла работка, а!»

Единственное, о чём я жалею, что мне не приходится общаться с Габреляновым по работе. Он очень крутой, правда. У него до хуя чему можно научиться. И я надеюсь, что мне в этом ещё повезёт.

Вообще в моей жизни были два начальника, которыми я восхищался. Ну, со вторым вы уже поняли, а первым был Андрей Васильев. С Васей мы несколько месяцев назад разосрались окончательно, но тем не менее чего у него не отнять, это обаяния, харизмы и чувства юмора. Со всем этим у Габрелянова дело обстоит похуже. Он не так изящен, как Васильев, но гораздо лучше чувствует, держит и ведёт редакцию. У меня не было ощущения, что Васильев болеет за своё дело. Для меня он всегда был большим начальником, сидевшим в отдельном кабинете, оборудованном секретаршей, который всё же остаётся наёмным работником, отрабатывающим своё бабло. Габрелянов более демократичен, в свой проект вкладывает душу, а уж по количеству дверей кабинетов, которые он открывает ногой, тут он Васю делает, конечно, не вставая с места. Но это такое, уже пацанско-ребяческое восхищение.

Если меня не зарежут и после этой главы, то послезавтра я расскажу вам о газете «Твой день» и о том, что мне в ней не нравится.

03.11.2009