Как написать правильную жёлтую заметку

27.05.2010 | Рубрика: Рассказы

Наверняка многие считают, что в жёлтых газетах работают мутанты, которые по ночам, а то и среди бела дня, ловят сигналы из космоса, а в этих сигналах зашифрована информация, о чём и как писать. Ну потому что ни один нормальный человек в здравом уме не может придумать ни сюжета для заметки, ни написать её в таком стиле.

Некоторые особо доверчивые люди считают, что всё написанное в бульварной прессе происходит на самом деле, но вот выучиться этому языку и правда невозможно — это должно быть дано свыше.

Так вот, друзья, я здесь для того, чтобы посрамить скептиков. Во-первых, то, о чём пишет «Life news», хотите верьте, хотите нет, происходит на самом деле (за редкими исключениями, но выдумщиков ждёт дико болезненная казнь), а во-вторых, писать таким языком действительно должно быть дано свыше, но этому можно научиться. Если вы будете следовать нескольким нехитрым правилам, о которых я сейчас вам расскажу, то через пару дней лёгкой тренировки у вас всё получится, а любое жёлтое издание возьмёт вас с огромной радостью от того, что вас не придётся учить формату.

Если вы никогда не пробовали писать и совершенно не умеете этого делать, то это сразу прибавляет вам сотню очков: так будет проще научиться формату. Это подтвердил и директор по персоналу «Ньюс медиа-Рус» Валерий Соколов в интервью проекту «Планета HR»: «Если к нам придет, к примеру, бухгалтер, у которого мечта — с детства работать журналистом, — то почему бы и нет?» В принципе, если это вы и есть, то вам можно дальше не читать. Мой рассказ рассчитан на тех людей, кто писать умеет, а их именно из-за этого в «Life news» и не берут.

Основа формата проста, как пять копеек: надо не уметь писать вовсе, но при этом хотеть рассказать читателю раздобытую новость. Я семь, семь! месяцев ломал голову над тем, что первично: то ли на «Life news» такие тексты, потому что наш маленький читатель не воспринимает другие, то ли он хавает что дают, потому что по-другому жёлтые журналисты писать не умеют. Выяснил: не умеют.

Ну и довольно предисловий.

Как написать правильную жёлтую заметку

За основу мы возьмём заметки с сайта «Life news» и заголовки газеты «Твой день». Эта информация находится в свободном доступе, так что ни о каком разглашении корпоративных секретов речи не идёт (стоит лишь прочитать несколько тысяч заметок, и картина сложится сама). Мало того, бывший шеф-редактор газеты «Твой день», видя поначалу мою беспросветную тупость, раздражённым тоном поинтересовался, может, мне дать почитать памятку, как правильно писать тексты. Я, конечно же, согласился, но потом шеф-редактор сказал, что он её куда-то задевал, причём на этот раз тон был такой, что оставлял сомнения вообще в её существовании. Так что все правила, описанные ниже, плод исключительно опыта.

Вводка

Считается, что вводная часть заметки, выделяемая полужирным, должна вкратце излагать суть всей статьи, но это выполняется только в тех изданиях, которые могут позволить себе отвести под вводку много места. Заметки в жёлтых изданиях короткие в принципе, чтобы наш маленький читатель не успел заснуть к их середине, поэтому под вводку отдаются только первые две фразы, а какая-нибудь там позиция второй стороны указывается ближе к концу текста, да и то — если места хватит.

Первые два предложения должны дублировать друг друга процентов на восемьдесят, потому что повторение — мать учения, и так проще понять, о чём вообще идёт речь. Идеалом может служить начало поэмы «Последнее письмо»: «Служил Гаврила почтальоном, Гаврила письма разносил…»

Ср.: «Дерево рухнуло на милицейский УАЗ в Люберцах»: «Огромное дерево смяло служебную машину местного УВД. В Подмосковье на милицейский автомобиль УАЗ рухнуло огромное дерево»; «Тарпищева экстренно прооперировали»: «Президент Федерации тенниса России попал в больницу с острым приступом аппендицита. Знаменитого тренера Шамиля Тарпищева экстренно госпитализировали в клиническую больницу № 1 Управления делами президента».

Имена

Забудьте про всяких там господинов. Нельзя же называть подозреваемого в убийстве пяти человек господином Упырёвым. В крайнем случае он просто Упырёв, но есть ещё два приёма, в которых можно избежать повторения, а заодно ещё и козырнуть фактурой.

Первый приём — указать возраст персонажа, второй — назвать его, как воспитателя в детском саду: по имени и отчеству. Если заметка слишком короткая, то можно убить одним выстрелом двух зайцев.

Ср.: «Жена академика Сергея Капицы сломала ногу»: «Супруга известного русского ученого, академика Сергея Капицы Татьяна Алимовна о переломе ноги узнала спустя несколько часов после падения. Неприятность произошла ночью в четверг, когда 86-летняя Татьяна Дамир дома встала с кровати»; «Госпитализировали актрису Татьяну Самойлову»: «75-летней Татьяне Евгеньевне стало плохо дома в субботу накануне Пасхи».

Регалии

Человек, которого знают не только родственники, друзья и соседи, известный по определению. В жёлтой прессе известным может быть одновременно Михаил Боярский, которого знает вся страна, и некто Александр Дедюшко, сыгравший эпизодическую роль начальника военного патруля в фильме «ДМБ». И это не значит, что наш маленький читатель забыл, кто такой Михаил Боярский, или сомневается в известности Александра Дедюшко. Задача эпитета «известный» — показать, что мы не о говне каком-то пишем.

Синонимы: «знаменитый», «именитый», «легендарный», «всенародно любимый».

Эмоции

Это краеугольный камень жёлтой журналистики, второе название которой — эмоциональная. Бульварная пресса не должна полагаться на здравомыслие нашего маленького читателя, поэтому сама даёт оценки происходящим событиям. Если человек подозревается в убийстве, то он, в зависимости от того, кого укокошил,— изверг, подонок, выродок, хищник или даже ублюдок. Его жертвы — люди в основном «несчастные».

Вне зависимости от того, с кем произошла некрасивая история,— это либо трагедия, либо горе, либо ЧП. Всякому злу нужно придавать соответствующую чёрную окраску. Если убийство — то жестокое или хладнокровное, если расправа — то кровавая, если грабёж — то дерзкий.

Вы отстали от «Жизни», если думаете, что детей зовут ангелочками. После интервью директора «Комсомольской правды» Владимира Сунгоркина, которое он дал Наталии Ростовой из «Слона», где обозначил суть и целевую аудиторию газеты «Твой день» («Воевать с „Твоим днём“ и пытаться их обойти — нам ни к чему. Есть у них своя ниша — парикмахерши, водители… Это газета вуайеризма, смесь сводок из больниц и моргов, смертельных болезней и недугов, которые сковали бесчисленных ангелов… »), слово «ангелы» пропало из лексикона наших журналистов. Вместо этого детей зовут крохами, малютками, малышками, карапузами, а за остальным — добро пожаловать в словарь синонимов.

Всё, что делается для спасения человеческой жизни, делается быстро. Если госпитализация, то обязательно экстренная, если очевидцы вызывают милицию, то тут же, если милиция выезжает на вызов, то сразу, если врачи подбирают то, что осталось от человека, то незамедлительно.

Медицина

Всё связанное с медициной и дальнейшими возможными похоронами — неотъемлемая часть жёлтой прессы, потому что наши маленькие читатели страсть как любят переживать за известных артистов, с которыми случается какой-нибудь столбняк или другие инфаркты. В жёлтой прессе необходимы клише, по которым становится понятно, что медицина не дремлет. Мало того, что известного артиста экстренно госпитализировали. Он должен пройти обследование (разумеется, тщательное), у него будут взяты анализы (разумеется, все необходимые, а не абы какие), а затем консилиум из, разумеется, лучших врачей решит, что же с ним делать. Если с известным артистом всё совсем плохо, то, в зависимости от серьёзности ситуации, его либо будут спасать, либо за его жизнь будут бороться (последнее — это если хуже уже некуда).

Но случается так, что за его жизнь боролись, но так её и не спасли. Тогда настаёт звёздный час журналиста — похороны. Тут ему есть где развернуться. Во-первых, надо перечислить всех собравшихся на похороны известных артистов — это для того, чтобы дать понять нашим маленьким читателям, что не говно какое-нибудь хороним. Во-вторых, все известные артисты должны испытывать невообразимые муки от потери своего товарища. Даже если они их и не испытывали — кто же проверит. Кому-то обязательно должно стать плохо, пусть даже и не очень плохо.

Ср.: «Вдове Тихонова стало плохо на похоронах»: «Маме стало плохо еще в Доме кино, — говорит дочь актера Анна Тихонова. — Из зала ее пришлось выводить под руки, и до сих пор ей не лучше».

Если же с кем-то в самом деле что-то случится, то это только придаст драматизма ситуации, а нашего маленького читателя хлебом не корми — дай ему насладиться людским горем.

Ср.: «Эльдар Рязанов упал на похоронах Мотыля»: «82-летний создатель знаменитой «Иронии судьбы» не сумел удержать равновесие и рухнул, спускаясь по лестнице. Эльдару Александровичу на помощь тут же бросились коллеги, которые были обеспокоены состоянием Рязанова, заметив, как тяжело ему было стоять после прощальных слов у гроба».

Персонажей заметок стоит выставлять идиотами, чтобы наш маленький читатель не чувствовал себя одиноким. Правильно выученный журналист обязательно добавит от себя, что родственник умершего не может поверить в смерть ньюзмейкера, пусть даже и видит его мёртвым в гробу.

Ср.: «Спортсменку убило приземлявшимся планером»: «Ни друзья, ни родственники Насти никак не могут поверить в это горе»; «Сын убил отца из-за компьютерной игры „Готика“»: «Убитая горем женщина до сих пор не может поверить в смерть мужа».

Высший пилотаж — это придумать то, чего не было. Если, например, Наина Ельцина приехала помянуть Бориса Ельцина на третью годовщину его смерти, а вместе с ней за руку шла её дочь Татьяна Юмашева, кто ж на сделанной издалека фотографии разберёт, шла она под руку или её поддерживали, потому что ей действительно было тяжело идти из-за разыгравшихся нервов.

Ср. подпись к фотографии: «Наине Ельциной стало плохо на могиле мужа»: «Убитую горем вдову поддерживала младшая дочь Ельциных Татьяна Юмашева».

Кладбище — дело такое, ставить что-либо под сомнение это кощунство. Вот докажите, что Наина Ельцина не была убита горем. Корреспондент, выезжавший на задание, рассказывал мне, как его ровную заметку, ровную настолько, насколько проходили поминки по первому президенту России спустя три года после его смерти, редактор отдела насытила горестными эмоциями. По его словам, всё и в самом деле прошло спокойно, а Наина Ельцина просто лишь возвращалась от могилы под руку с дочерью, как обычно молодые дочери ходят со своими пожилыми мамами. Но разве такой обыденный репортаж может тронуть нашего маленького читателя? Поэтому в заголовке и подписи к фотографии Наина была убита горем лишь потому, что шла под руку с дочерью Татьяной. Все рыдают, даже скептики.

Заголовки

Самая короткая глава. Дело в том, что даже благодаря этим советам заголовки у вас всё равно получаться не будут, а те жалкие потуги, которые вы попытаетесь изобразить, всё равно переделает главный редактор. Ну потому что невозможно научить заголовкам «Бойцовый пёс отгрыз руки уральской пенсионерке», «Букашки в кашке», «Медвежья примьерка», «Убийцы старушек сами вызвали милицию» или «По рюмке — и Бекхэм по колено». С этим надо родиться.

Итог

Если вы всё это запомните или будете читать каждый день по несколько раз — будьте уверены: скоро руководство жёлтых газет оторвёт вас с руками, где бы вы в этот момент ни находились.

27.05.2010