«Dallas Inn» и его обитатели

26.04.2012 | Рубрика: Филиппины

Ну и ещё немного — из жизни нашего постоялого двора.

I

На одну ночь перед самолётом в Манилу заехала канадка. Кое-как, в силу скудности моего английского, разговорились, пошли обычные вопросы: а сколько ты уже в Азии, а где был, а что видел, а где нравится, а что скажешь за Лаос и так далее.

— Канадцев, кстати, задевает, когда их путают с пиндосами,— говорит она.— И ещё убивает вот это невежество, когда спрашивают, мол, ты откуда? Я отвечаю: «Из Канады». «А-а-а,— говорят,— знаем. Это там, где Штаты». Это не там, где Штаты, это там, где Канада, блеать!
— У меня,— отвечаю,— та же хуйня с Украиной. Её тоже все к России причисляют. Кто ни спросит, откуда я, я отвечаю: Юкрейн. А-а-а, тянут, Раша. Да какая, блядь, Раша.
— Да-а-а,— кивнула канадка, давая понять, что уж она-то знает, где находится Украина и что она уже лет двадцать как не часть России. Но прозвучало это не очень искренне.
— А ещё,— добавила она с гордостью,— пиндосам как раз наоборот очень нравится, если их называют нами, канадцами. Вы, если будете сомневаться, пиндос перед вами или канадец, то спрашивайте, не канадец ли. Если наш, то он просто ответит «да» и не обидится, а пиндосу так ещё и приятно будет.

Помолчали. Целых секунд десять, наверное. И она снова заговорила.

— А сколько вы, значит, уже в Пуэрто-Принцессе?
— Пять дней,— отвечаю.
— Не до хуя ли для Принцессы? И что здесь делали всё это время?
— Всё это время я здесь выпивал,— честно признался я.
— О, а вы же ведь русский, да?
— Допустим,— ответил я тоном «ах как сложно догадаться».
Тут она сконфузилась.
— Простите,— говорит,— я совсем не в этом смысле! Акцент у вас просто русский. Я в России была — там такой же акцент у людей, честное слово, я могу отличить!
Ага, акцент, конечно.

 

II

У нас отличная слышимость между комнатами, потому что стены сделаны из звукопропускающего картона. В три ночи меня разбудили излишне, а как мне потом показалось,— демонстративно громкие отказы женщины от секса. Я прислушался. Принуждение происходило под моей кроватью. Первое время я вслушивался из джентльменского интереса — ну мало ли, может, там девушку обижают, надо заступиться. Потом — уже из любопытства, потому что никого там не обижали.

Картина с небольшими погрешностями моих предположений выглядела следующим образом. Молодой, немного туповатый с виду аргентинец, которому завтра утром уезжать, остановился в дормитории (общей комнате), а вечером во дворе положил глаз на шведку из отдельного номера, кому и решил перед отъездом присунуть.

Вслушиваясь в их диалог — мне в этом смысле по фигу на порядочность, потому что не хуя орать в три часа ночи, когда их слышит весь дом — по интонации тёлки и по некоторым словам, которые я мог разобрать, я понял, что она совершенно не против, чтобы её трахнули прямо здесь и сейчас. («Эй, да что с тобой? Ты что это, пристаёшь ко мне?» — «Нет-нет, что ты» — «А по-моему, ещё как пристаёшь! Ну вообще, смотрите, обнаглел! Я бы поняла, если бы ты пьяный был, а тут — лезет! Трезвый!» — «Ты куда это руки свои тянешь? Хочешь, чтобы я сиськи тебе показала?» — «Нет, как ты могла подумать, вовсе не хочу!» — «А я бы показала, потому что сиськи-то у меня хоть куда!»)

Когда она начала припоминать, какой у неё был лучший секс, перемежая это замечаниями, что вообще, блин, лезут тут, совсем уже стыд потеряли, я мысленно попросил их перейти от слов к делу, потому что всё уже было очевидно, а словесная прелюдия затянулась, кончить это своё дело и разойтись спать. Наконец перепалка, целью которой было раззадорить аргентинца, закончилась, он принялся за дело, и шведка начала постанывать от куннилингуса. Ещё через какое-то время они наконец-то стали поскрипывать кроватью. Я отмерил им минут десять-пятнадцать и приготовился уже снова засыпать в тишине, как вдруг у них что-то не заладилось. «Ну нет, ну я не могу, не сейчас»,— начала канючить тёлка, и вот тут я ей поверил, что она не врёт. Дальше пошли очень громкие объяснения, что нет, ебаться она, конечно, любит, но вот оргазм у неё был всего два раза в жизни, так что сейчас она кончить сможет вряд ли. Очень ценная информация для всех остальных постояльцев, и абсолютно неясно, что ей мешало дальше ебаться ради процесса. Всё это меня уже порядком заебало.

Потом роли поменялись, и тёлка в качестве компенсации за облом начала делать аргентинцу минет. Когда буквально через три минуты он, кончая, застонал на весь дом, это уже, блядь, было хамством. И затем — благородством, так как этот поц не сразу завалился спать, а из вежливости и благодарности ещё битые полчаса пиздел с ней за жизнь, пока в конце концов не убрался восвояси.

Проснулись петухи. Дорога к рыбному порту стала оживать тарахтеньем мотоциклетных моторов. Начиналась новая жизнь.

26.04.2012