Архив за месяц: Август 2016

Кривое озеро

Так вот проснёшься утром с похмелья от перфораторов, побурчишь типа смешно в Фейсбуке, потому что ну хватит уже злых постов, а потом узнаешь, что Кривое Озеро, вот это всё. Ну ёб твою мать.

Кривое Озеро — это вы уже, к несчастью, знаете, что не просто Николаевская область, а её Врадиевский район, там от Врадиевки 20 километров всего. Летом 2013-го Врадиевка прогремела на всю страну, и последующие начальники областного Управления внутренних дел Николаевской области, понимая, что у них в подчинении регион, который уже нехило так бомбанул, как мне кажется, должны были бы сделать всё, чтобы любой их подчинённый, блядь, по струнке ходил и даже матом не ругался.

Но вместо этого николаевские полицейские убили человека.

Никогда такого не было, и вот опять.

Второй, блядь, зашквар — даже не просто где-то в Николаевской области in the middle of nowhere, а именно во Врадиевском районе. Молния два раза в одно место не попадает, только это не касается нашего МВД.

Местное новостное издание novosti-n.org выложило фотографии, как мужики там чуть самосуд не устроили над ментами-убийцами.

Почему самосуд? Да потому что сами мужики и сказали, что всё там к чёртовой матери продажное в этой Николаевской области, и раз ментов этих везут из Кривого Озера на суд, то наверняка оправдают, потому что там одна круговая порука и верить никому нельзя.

Ментов — потому что это не полицейские, конечно, никакие. Полицейские — это честные и вежливые няшки в Киеве, которых мы любим и которым верим, а прошедшие переаттестацию менты в Николаевской области — это такая же сволота, которая и раньше во Врадиевском районе насиловала и убивала людей, такая же пузатая мразь в голубых рубашках с советскими погонами, которую из презрения зовут мусорами.

Боже, милая Хатия Деканоидзе, в какой же пиздорез вы попали. И пиздота эта ментовская никуда не денется, как бы вы ни старались, потому что всех не пересажаешь, а их — тысячи, и каждый, ну вот просто каждый, или киньте в меня камень, что-то либо украл, либо кого-то побил, либо сделал что-то ещё такое, за что мы, честные украинцы, ненавидим всю милицию и прокуратуру, конечно, тоже, но прокуратура — это уже тема для другого поста.

Кто бы ты ни был, Александр Цукерман, хороший человек или плохой, тебя убили те самые советские менты, которых мы все боялись и презирали. Ни хуя тут у нас не меняется, если до сих пор Кривое Озеро всё уверено, что самосуд будет честнее суда Николаевской области.

26.08.2016

Утренний перфоратор

Где бы я ни жил (а я только в Киеве сменил за 11 лет с десяток квартир), везде ситуация одинаковая.

Сосед затевает ремонт.

Нет, нельзя такого человека называть соседом. Сосед — это что-то такое уютное, это к кому можно за солью сходить или ребёнка своего на время оставить.

Окей, мужчина из квартиры где-то рядом в этом же доме затевает ремонт.

Хотя, может, это и не мужчина затевает. Он, может, и ещё бы лет сто в этой квартире жил as is, но женщина, вы же понимаете. Поэтому тут проще нажить себе полный дом врагов, чем отказаться.

И вот он нанимает бригаду работников. И говорит им что-то типа: делайте тут что хотите, только уложитесь в месяц, а то будете уже иметь дело не со мной. И да, только раньше девяти не начинайте, пожалуйста.

Эти, допустим, двое, узнав пожелания и оглядев комнаты, понимают, что без перфоратора им не обойтись.

Но перфоратор — это же не просто инструмент для ремонта. Это же и психологическое оружие. Его надо выбирать сообразно дому.

Они смотрят на тот инструмент, что у них есть, и один такой говорит:
— Ну нет, Петрович, это несерьёзно. Тут же сталинка, надо что-то это самое.

Они едут в «Эпицентр» и говорят там продавцу:
— Выручи, брат. У нас, короче, сталинка, пять этажей, три подъезда. Мы в среднем. Народу немного, но стены толстые и заебать нужно ВСЕХ.

Им выносят монстра, которого даже в торговом зале нет, чтобы людей не пугать. Те его гладят, поворачивают, примериваются, как будто это не перфоратор, а какое-то сверхоружие, а они — злодеи из фильма.

Ну и настаёт, значит, день икс. Как у меня сегодня.

Работы им минут на десять, максимум — на двадцать, это если совсем садисты. Раньше девяти сказали не начинать, но если не начать в девять, то это же никакого форсу, просто день потерян.

И вот они такие с этим перфоратором стоят у электрической розетки, у одного штепсель в руках, а второй на часы смотрит. И тихо так, всё застыло, как в кино: фокус на штепселе и ещё у кого-нибудь из них капелька пота на носу и дышат ртом, чтобы не сопеть.

Петрович смотрит на часы, медленно заносит руку и ровно в девять машет:
— Врубай!

Через десять минут, максимум через двадцать, всё становится тихо. Снова слышно воробьёв во дворе и машины на Голосеевском проспекте.

Один из этих упырей сидит под стенкой, обняв колени, и молчит, а на лице такое наслаждение, будто он в этом кино всю планету спас. А второй всё держит перфоратор и опустить не может, они с ним одно целое уже.

Времени — 9:20. Больше сегодня перфоратор не понадобится, конечно. Профессионалы работают перфоратором, сука, только по утрам, двадцати минут им вот так хватает.

Ну что ж это, блядь, за люди-то такие, а.

25.08.2016

На День независимости

Только после Майдана, став вникать в советскую историю Украины, я понял, какова же была ненависть Украины к советизации. Мои русские деды тоже всегда были против советской власти, и дед мне, малому, рассказывал про коллективизацию и голод. Но как-то оно не представлялось таким ужасным, да и я был слишком мал и ничегошеньки не понимал. Как же это так: в школе одно говорят, а дед — другое?

Дед и Сталина всегда ругал последними словами — такими, какие уместны при внуке, и террор 1937-го ему вспоминал, и двадцать миллионов убитых в войну. Но я этого всего не понимал. Зарубил себе на носу, что советская власть — это плохо, что Сталин — палач, но в детстве же это всё какое-то такое абстрактное, да?

И только в Украине я понял, какой же это был кошмар. Что никакой Гитлер не сравнится со зверствами советской власти. Что старики, помнящие и раскулачивание, и коллективизацию, покуда были живы, рассказывали об этом обо всём как о самом страшном в их жизни (тут уже другой вопрос: как же с таким отношением советская власть здесь вообще прижилась?).

В меня с детства вкладывали, что советская власть — это плохо. И только в Украине я осознал, что это не просто плохо, а что это катастрофа двадцатого века.

Поэтому День независимости Украины — это большой праздник. Слава Богу, что Украина перестала быть частью этой людоедской империи. То есть на деле, конечно, независимость только-только началась на Майдане, а до этого смрадный русский дух в Украине гулял здесь ветром по всем областям, но не всё же так быстро (хотя хочется, конечно, чтоб всё было гораздо быстрее).

Если раньше Украина смиренно радовалась, что её наконец-то отпустили, то теперь, спустя 25 лет, она умеет скалить зубы, умеет постоять за себя и показывает России огромную лиловую залупу.

С днём рождения, Украина. И спасибо тебе, что я живу у тебя.

24.08.2016

Охладел

Вчера в ленте попалось несколько расшаров заметки Колесникова в „Ъ“. По привычке пошёл было читать, на втором абзаце подумал: какое мне, блядь, дело до Исинбаевой? Она что, наша спортсменка?

Сегодня отписался от рассылки Навального. Подумал: какое мне, блядь, дело, сколько спиздил Шувалов и какая яхта у Сечина? У нас, что ли, такого говна нет, чтобы я следил за чужим? Почитать Бигуса — тут такой пиздец в стране, как будто никакого Майдана и не было.

Раньше я Россию ненавидел, и такое сильное чувство таило в себе опасность. Вчера-сегодня поймал себя на том, что мне вообще по хую, что там происходит. Казну разворовывают? Так не наша же. Активистов сажают? Да и хуй с ними.

Приятная такая пустота на месте жгучей ненависти. Ещё бы ров с крокодилами между нами, и вообще стало бы хорошо.

22.08.2016