Блядь, дождина хлещет, а я скляночки не поставил под потолок… Сейчас сижу как на иголках, ни о чём другом думать не могу.
Вчера ночью проснулся от того, что дождина лил сильнейший. Ну, я встал, проверил, что всё закрыто, и лёг спать. В семь утра проснулся от того, что он, кажись, стал ещё сильнее. Я вышел на балкон — чувствую, льёт. В щель между окнами лоджии и потолком лоджии. То ли от соседей, то ли в ещё какую другую щель заливает… В общем, капает всё на стройматериалы, которые валяются на балконе. Я пошёл на кухню, взял две скляночки и поставил их в те места, откуда больше всего капало.
Еле заснул: всё переживал за лоджию. В общем, вырубился.
В полдень встал, пошёл проверять. Вылил из каждой скляночки по стакану воды и вспомнил про пакет из-под молока, который я поставил в самый дальний угол лоджии ещё пару месяцев назад, когда тоже вот был дождь сильный и капало сверху от соседей.
Посмотрел в него — мама родная! Полный. Ну, его тоже вылил.
Позавтракал, пошёл разбираться на балконе, чтобы всё говно от дальней стены лоджии перетащить к балконной двери. Чтобы если что и капало, то хоть бы не на материалы. Заработался, чувствую — опаздываю на службу. Собрался и убежал. А сейчас, когда снова полило, вспомнил, что скляночки не поставил и дверь балконную не закрыл. Хорошо что хоть окна на лоджии задвинул. Вот сижу здесь, блядь, и думаю, как у меня дома там всё без меня хуёво. Нервничаю очень.
Мало того, я ещё сегодня с Майклом встречаюсь, потом к нему в гости едем, дома буду часов в десять утра, когда уж всё пройдёт. И что-то меня там ждать будет на балконе завтра утром?.. А отказаться от встречи вроде бы как неудобно, потому что сам напросился, да и не виделись мы уже больше полугода. А тут — такой случай представляется. Майкл говорит, что он в следущий-то раз нескоро сможет вот так вот выбраться.
С другой стороны, утешаю я себя, я говно-то всё от дальней стены отодвинул, если что и замочит, так только пол бетонный. Но всё равно — непорядок. Приду с утра — а у меня там лужи.
Вообще я себе завтрашнее утро мрачно представляю. Прихожу я, мучимый похмельем… В коридоре два велосипеда и говно с балкона на выброс; проберусь через него в комнату, а там говно, которое жалко выбрасывать и которое совсем жалко выбрасывать. Глаза бы мои его не видели. И всё это мне придётся убирать, потому что даже самому в такой комнате противно находиться: «Сарай — не сарай, а как бы апартаменты уездного мелитопольского комиссара после весёлого налёта махновцев».
Кстати, кто отгадает, откуда цитата, — тот молодец.