Позначка: FMK

Идеи уволиться из ФМК возникали у меня регулярно и довольно скоро после моего туда устройства. То, что это работа не по мне, было понятно сразу, но обстоятельства весны 2022-го сложились так, что даже такое предложение я принял с благодарностью (теперь от той благодарности не осталось и следа — Ната не раз говорила мне, что Тео очень многое для меня сделал; я же её уверял, что делал он не для меня, а для себя, и в какие-то моменты наши пожелания просто совпадали, а во-вторых, скотским отношением, которое я получил за эти годы, он всё своё добро уверенно перечеркнул). Однако чем дальше я там работал, тем идеи уволиться стали звучать всё звонче и чаще.

Отдельно хотел бы рассказать о проекте, который и стал той последней каплей. Частично его предпосылки я уже описывал — что в условиях загибающегося бизнеса Тео хватается за любые проекты, которые могут вписаться в его технические возможности (даже если вписываются не полностью — по ходу разберёмся), не задумываясь, потянем ли мы их или нет (забегая вперёд — на пределе возможностей тянем всё, но на нём нельзя работать постоянно). Вот это нежелание или неумение просчитывать риски и вообще думать о последствиях или хотя бы о том, а как мы это сделаем — бесит больше всего. Потому что Тео, умеющий быть оочень обаятельным, пускает заказчику красивую пыль в глаза («Конечно, всё будет готово в срок и в лучшем виде!»), а потом приходит к нам и говорит: ну что, ребята, назад пути нет, надо в лепёшку расшибиться, но выполнить. Меня такой формат (возможно, в силу возраста) не устраивает, я предпочитаю пусть и тяжёлую, но спокойную работу. Лука (тоже, думаю, в силу возраста) относится ко всему легче, энергии у него больше, детей нет, язык у них с Тео один, отношение к нему абсолютно другое — с уважением и доверием к его словам, меня же уже воспринимают как отрезанный ломоть, который ни на что не годится, и тут сложно докопаться до того, когда это началось, где была курица, а где яйцо. Я всегда и всем своим видом показывал, что авралы, потогонку и безумные идеи Тео не принимаю и не хочу так работать, Тео же это, что в общем тоже понятно, воспринимал как корпоративное предательство, а меня — как ненадёжного сотрудника. С таким плохо скрываемым раздражением в отношении друг друга мы и подошли к сегодняшнему дню.

Изначально этот текст подразумевался коротким ответом в чате моей подруге, как наши дела, однако превратился в целую историю с предисловием, завязкой и неожиданной (на самом деле вполне ожидаемой, чего уж там) концовкой. Такой текст мне хотелось бы раз в несколько лет перечитывать самому, поэтому тут, в блоге, ему самое место.

История эта берёт своё начало ещё в 2022-м. Бизнес Тео, ориентированный не на масс-маркет, а на ценителей дорогого крафтового алкоголя (честно говоря, с сомнительными вкусовыми характеристиками, но это уже действительно вкусовщина), оказался довольно чувствительным к перепадам экономики и настроению немцев, которое, чем дольше длилась война, становилось всё хуже и хуже. Думаю, что Очень Богатые так очень богатыми и остались, а вот не очень богатые перестали тратить деньги на такое «баловство» (или перешли на масс-маркет, или стали в принципе меньше выпивать). Общая тенденция повторилась и в барно-ресторанном сегменте — наш продажник, в прошлом году уволившийся от отчаяния где-то спустя пару месяцев после его найма, рассказывал, что поголовно все бары отказывались даже от того, чтобы он приносил им пробники — мол, ничего нового мы закупать не хотим, как-нибудь продержимся на том ассортименте, который имеем, расширять его не планируем.

Иногда 60-летний Тео напоминает мне вспыльчивого подростка, у которого понты уже выросли, а мозги, которыми обычно думают о последствиях, ещё нет. Мы с Лукой (это второй сотрудник нашей компании — до моего прихода в апреле 2022 они с Тео работали вдвоём) не перестаём офигевать, насколько Тео на всех уровнях ведения бизнеса вообще не думает о том, к чему могут привести те или иные его решения — как тактические, так и стратегические. Ну то есть вариант Наполеона (главное — ввязаться в драку, а там разберёмся), возможно, кому-то и близкий, но обычно такая безрассудность с возрастом проходит.